Катерина Егорова: «В кикбоксинге WAKO каждый может найти то, что ему по вкусу»

yehorova-interview-2020-1 (1)

Многие из поклонников единоборств придерживаются мнения, что подобные виды спорта не для девушек. Но кикбоксинг WAKO – это реальная возможность для всех проявить себя в спорте. И не только в соревновательном направлении. Сегодня поговорим про женщин в руководстве Национальной федерации кикбоксинга Украины WAKO. А именно про вице-президента НФКУ Екатерину Егорову. Как и действующий президент нашей организации, Екатерина Сергеевна прошла весь спортивный путь – от спортсменки до руководства в федерации. Он был тернистым, даже болезненным, поведает далее нам Екатерина Егорова, но не в ее характере отступать перед сложностями или отбрасывать возможности, идущие непосредственно в руки:

Екатерина Сергеевна, предлагаю начать издалека. С чего для вас начался спорт?

– У меня папа КМС по легкой атлетике, а мама была стайером на средней дистанции, занималась самбо. Вся моя семья глубоко в спорте. Все думали, что я буду заниматься легкой атлетикой. Но меня никто не взял, посчитали неперспективной. В 1990-х папа занимался бизнесом, и их компания помогала таэквондистам. Так, в 1993 году в Симферополе я пошла заниматься таэквондо. Вскоре у моего тренера произошел конфликт с федерацией, и он начал искать, куда бы ему приткнуться. И нашел кикбоксинг WAKO. С этого времени мы начали ездить на соревнования по кикбоксингу WAKO.

И в каком разделе кикбоксинга WAKO вы начали выступать?

– Я начала с того, что сейчас называется поинт-файтинг. Тогда это был – семи-контакт. Я выступала в супертяжах, поэтому была всегда проблема с партнерами. В 1997 году я попала в сборную по лайту: выиграла Чемпионат Украины в Севастополе. И вот в 1997 году мне позвонили и пригласили поехать на юниорский Чемпионат мира. Тогда как раз впервые было решено провести подобные соревнования. Я попала в состав сборной Украины, но с одним условием: я должна была оплатить свою поездку на соревнования. Я пришла к тренеру, сказала, что меня берут в сборную, и я хочу поехать на Чемпионат мира. На что он мне очень долго не давал ответ, а потом сказал, что есть более достойные люди, а я – неперспективная и он меня не повезет.

ВИЦЕ-ПРЕЗИДЕНТ НФКУ СЕРГЕЙ РУДЕНКО: «НА СОРЕВНОВАНИЯХ МЫ – САМЫЕ КРАСИВЫЕ, САМЫЕ СИЛЬНЫЕ, САМЫЕ ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ»

На тот момент я уже достаточно серьезно занималась спортом. У меня было 12 тренировок в неделю. За год сбросила почти 15 кг, так как у меня была цель попасть не в супертяжи. После отказа тренера я пришла к маме со словами: «Я потратила столько сил на достижение этой цели, что если сейчас не поеду, меня больше могут не позвать». И моя мама отложила в сторону свои дела, все бросила и поехала со мной на соревнования как тренер, о чем договорилась с федерацией. Отмечу, что тогда женщин-тренеров вообще не было у нас в федерации. Сейчас в этом спорте гораздо проще. А тогда это было достаточно сложно.

yehorova-interview-2020-3В 1997 году я выступила на первом первенстве мира среди юниоров, проходящее в Москве (Россия), где выиграла первое место по семи-контакту. И вот с того момента и последующие семь лет я была в сборной Украины.

Ко всему прочему я начала выступать в сольных композициях (сейчас – это музыкальные упражнения). Сначала выступала без оружия. Потом начала выступать с палкой и катаной. Таким образом, я охватывала три раздела, включительно с поинт-файтингом.

Тяжело было?

– Конечно! Тяжело! Но хотелось получать медали не потому, что ты один в весе, а по-честному. Ну и не так часто получалось ездить, потому что поездки были достаточно дорогими. Практически все они были за свой счет.

Моя спортивная жизнь усложнилась в тот момент, когда на четвертом курсе я переехала в Киев. Соответственно, мне нужно было поменять тренера, найти его в Киеве. Сперва обратилась к тренеру сборной по татами-дисциплинам Андрею Никулину, с которым вместе ездили на соревнования и тренировались на сборах. Но он мне сказал: «Ты знаешь, Катя, я девочек не тренирую». И я попала к другому тренеру, который был из клуба Никулина. Он специализировался по ринговым дисциплинам, и я оказалась у него сбоку-припеку. Плюс к этому, когда уже тренировалась в Киеве, я получила серьезную травму колена, после которой не смогла вернуться в спорт. Спортивная медицина на тот момент была гораздо хуже, чем сейчас. В 2004 году я в последний раз вступила на Чемпионате Украины и поняла, что больше не могу. Толку нет, потому что нет нормальных условий для тренировок, да и колено болит.

Вы расстроились, осознав, что на этом спорт закончился?

– Ну да. Мне хотелось еще дальше продолжать. Переезжая в Киев, я была уверена, что мне не откажут. Ведь на тот момент я была в сборной уже не первый год, была обкатанным спортсменом, который не терялся при виде зала, психологически готов ко всему и тому подобное. Наоборот думала, что при переезде в Киев, где такой хороший тренер, у меня произойдет скачок, рост. Но оказалось все не так.

В 2004 году спорт для меня как спортсменки закончился. Но еще в 1998-1999 годах Павел Афанасьевич предложил – за что ему большое спасибо – быть судьей на соревнованиях. Но не на татами, а в ринге. Ринг всегда ему был ближе. Павел Афанасьевич учил меня быть судьей, правильно реагировать, когда с тобой ругаются тренера. Он много моментов рассказывал. Я несколько лет на ринге судила.

Параллельно всему этому моя мама разработала программу для федерации для секретариата соревнований. На протяжении нескольких лет она ездила секретарем соревнований, а после того, как она отказалась от этих обязанностей, секретарем на турнирах стала я. Наверное, с 1999 года я начала ездить с федерацией еще и как секретарь. То есть вся основная работа по составам, графикам, вся бумажная работа – это все было на мне. На тот момент это было гораздо все сложнее, чем сейчас. Вспоминаю, что за трое суток могла набрать пять часов сна. Физически больше не получалось. Все время что-то нужно было готовить. И все это параллельно моим спортивным выступлениям.

yehorova-interview-2020-2Но, как уже говорила ранее, в 2004 году я вообще перестала судить, ездить, участвовать на соревнованиях. Мы почти одномоментно с Ольгой Анатольевной отошли от кикбоксинга. Так сложилось, что нас с ней очень плотно ассоциировали. А, наверное, в 2008 году мы с ней опять объединились. Начали в Крыму проводить соревнования.

То есть вернулись вы в спорт организатором турниров.

– Да. И опять-таки, весь секретариат соревнований был на мне. Все отчеты тоже были на мне. И я еще судейством на татами занималась.

Зацеплюсь за последнюю фразу: почему именно татами-направление в судействе? Возможно, ближе вам? Пусть судьей вы начинали в ринге, но все же спортсменкой были на татами.

– Мне по судейству больше нравится татами. И я не согласна с тем, что на татами намного легче судить. Хотя все, почему-то, хотят судить на ринге. Они видят в этом престиж. На ринге – престиж, а на татами – не очень престиж.

Я долго работала над тем, чтобы донести такую мысль: что нам нужен еще один судья международной категории на татами. Это нужно для страны. Это престижно и интересно. Но для того, чтобы быть международным судьей на татами, нужно быть судьей на татами в пределах Украины. Уже сейчас могу говорить, что в какой-то мере поменялось отношение к этому вопросу, но все равно недостаточно.

Не поддерживаю я идею и того, что судья должен судить все. Если взять во внимание международный опыт, то это единицы, кто может судить все. Все-таки присутствует специализация. Потому что, по большему счету, это два разных спорта – ринговый спорт и татами-спорт. У них разная скорость, разные критерии оценки. Тяжело переключаться.

Как вы считаете, кикбоксингу полезно соединять в себе такие разные направления?

– Конечно. Потому что тогда, каждый может найти то, что ему по вкусу.

На ваш взгляд, какое основное изменение произошло в украинской федерации с приходом Ольги Анатольевны?

– Мне кажется, что с ее приходом сместились немного акценты. Во-первых, по другому принципу началась наполняться сборная. Ты должен показывать результат. Если ты не показываешь результат, ты не в сборной. Раньше было немножко не так. И это очень хорошо повлияло на конкуренцию. К нам уходят тренера из смежных видов спорта. Потому что видят, что могут попасть к нам в сборную по-честному.

Получается, нужна сильная сборная.

– Конечно. От результатов спортсменов зависит финансирование федерации. В первую очередь, мы говорим о World Combat Games. Если мы не привезем оттуда медалей, не будет, например, сборов, которые добавили в прошлом году. Раньше не так была построена работа. За счет того, что Ольга сама бывший спортсмен, судья, тренер – она знает, как вся эта машина работает изнутри и что нужно, чтобы был результат. Если мы возьмем неконкурентного спортсмена, который ничего не возьмет на международном старте, то пострадает вся федерация.

Выходит, Ольга Анатольевна отстаивает, в первую очередь, интересы федерации, а не определенных лиц?

– Конечно. А как иначе?!

Вы уже рассказали о своем спортивном пути. О том, как стали судьей. Мы плавно подошли к вашей должности вице-президента НФКУ. Как вы оказались в руководстве федерации?

– Выше я упоминала, что у нас с Ольгой Анатольевной достаточно большой опыт совместного проведения мероприятий. Мы также вместе были в сборной и жили в одном номере. Дружили, в общем. Знаем друг друга с 1998 года. У нас с ней большая история. Когда Павел Афанасьевич Орел внезапно умер, я помогала ей подготовиться к выборной конференции. После того, как Ольгу Анатольевну выбрали президентом федерации, я помогала ей своим опытом наладить определенную работу. В 2015 году я начала ездить с ней на международные соревнования в качестве судьи. Благодаря знанию английского языка познакомилась с массой людей. Естественно, Украину стали больше замечать, стали чаще звать. Мы узнали много той информации, которая была нам недоступна и которая помогает в продвижении. Возможно, моя работа в качестве вице-президента не так на виду, как других вице-президентов. Но я тоже провожу достаточно много времени в общении, в кулуарах.

На данный момент я активно продвигаю «поясную систему», чтобы мы приняли ее, чтобы мы были в тренде с Европой. Вместе шли в одном ключе. Чтобы у нас была прозрачная система. В такой способ мы внесем больше ясности, кто и где может выступать и зарабатывать медали. И если мы всей страной двигаемся в сторону Европы, то, естественно, система мастеров спорта будет отменена. И тогда вместо нее у нас будет готовая поясная градация для позиционирования уровня наших спортсменов. Например, в Италии уже все работает по такой системе. Есть люди, которые не выступают на соревнованиях. И для того, чтобы человек не чувствовал себя в стороне, федерация устраивает сдачу на пояса. Он видит свой рост. Родители видят рост своего ребенка, но, например, они не хотят, чтобы он участвовал в спаррингах. Сейчас мы хотим запустить это хотя бы на татами. Потому что это наиболее близкое по идеологии. Плюс у нас бытует мнение, что поясная система сделана для того, чтобы выкачивать деньги из родителей. Нужно сломать стереотипы и донести, что это нужно, это важно. И это будет!

У представительниц прекрасного пола не принято спрашивать о возрасте. Но мы общаемся накануне вашего дня рождения. В этом году вы отмечаете юбилей.

– Мне все равно, во всех соцсетях стоит мой год рождения. Идите, смотрите, сколько мне лет. Я не считаю, что возраст – это то, что ты должен скрывать. С ним нужно комфортно жить. Внутри себя я никак не ощущаю, что мне – 40. Я этого не чувствую. Но я не вижу смысла скрывать это. Зачем?! Наоборот, выгляди так, чтобы тебе не давали сорок лет.

А довольны ли вы «багажом», с которым подошли к этой дате?

– Я привыкла все время куда-то бежать. Всю мою жизнь мне кажется, что в заданном направление я бегу слишком медленно. Есть замечательные слова из «Алисы в стране чудес»: «Нужно бежать со всех ног, чтобы только оставаться на месте». Мне кажется, что если посмотреть со стороны, то я все-таки какой-то вклад в этот спорт внесла. Но внутри меня – мне всегда мало.

Александра Кузнецова, пресс-служба Национальной федерации кикбоксинга Украины WAKO

Attachment

yehorova-interview-2020-1 (1) yehorova-interview-2020-3 yehorova-interview-2020-2

Залишити коментар

(required)

(required)